Процесс
Этот раздел — про то, как делается работа в серии Under the Black Sun. Не про идею за ней, а про физическую сторону: краску, тело, свет, итог. То, что остаётся за рамкой готового кадра.
Тело как поверхность
Я был практикующим врачом, прежде чем стал заниматься фотографией. Это повлияло на то, как я смотрю на тело: как на структуру — кости, мышцы, кожу, анатомию.
Работая с краской, я работаю с этой структурой. Краска ложится на живое тело — на ключицу, на сухожилие, на натянутую кожу плеча. Она не маскирует тело, а проявляет его форму.
Использую разные краски — матовые, металлики, глину для текстуры. Каждая ведёт себя по-своему. Наношу их слой за слоем, часами. К концу сессии тело становится поверхностью, готовой к съёмке.
Это про взгляд на материал. С человеком в студии я работаю иначе — об этом дальше.
Без сценария
На съёмке нас в студии двое — я и модель. Без команды, без ассистентов, без посторонних.
К началу съёмки готов образ — концепт, краска, реквизит, свет. Но не позы. Раскадровки нет.
Я даю модели общее направление и прошу импровизировать. Снимаем серию, смотрим вместе, я корректирую — это убрать, это повторить, это попробовать иначе. Снова серия. Так — до тех пор, пока в кадре не появляется что-то живое, и тогда я уже веду модель точнее.
Финальный кадр — не лучшая поза модели и не задуманный мной кадр. Это пересечение её интерпретации и моей режиссуры.
Свет
Свет в моих работах мягкий — ближе к свету от большого окна на северной стороне, такому, какой любили европейские портретисты от Вермеера до Сарджента. Технически это импульс через несколько слоёв рассеивания, с большими диффузорами почти вплотную к модели.
Такой свет даёт плавные переходы и выразительный объём. Но не диктует контраст. Контраст возникает на самом теле — кожа отражает свет одним способом, матовая краска другим, металлик третьим. Свет ровный, а диапазон создают поверхности.
Этот же свет не отрезает фигуру от фона жёстким контуром. Фигура остаётся внутри темноты, постепенно проявляясь из неё. Это ближе к живописи, чем к фотографии.
Финальный кадр
Всё, что было до этого, ведёт к одному кадру.
Часы работы с краской, часы съёмки — ради одной фотографии. Иногда двух или трёх. Обычно фотограф ловит момент — выбирает лучший кадр из множества. У меня иначе: момент сначала собирается в реальности — на теле, в свете, в позе модели. Камера только фиксирует то, что уже построено.
Этим финальный кадр и отличается от документации события. Он не найден — он исполнен. Зритель видит не момент, а результат долгой работы, на которую ушли часы и которая началась задолго до того, как был сделан первый кадр.
Съёмка процесса — Сергей Горшенин